Дневники археологических экспедиций на Аляску с Алешем Хрдличкой в 1936, 1937 и 1938

Уход с острова Ситкалидак.

Сегодня утром, до завтрака, выйдя на палубу, я обнаружил, что мы близко к земле, но эта местность больше похожа на Алеутские острова, потому что здесь нет деревьев.

До полудня мы встали на якорь у Порт-Хоброна, так как не могли пришвартоваться из-за большого грузового судна. Порт-Хоброн на острове Ситкалидак — это китобойная станция, одна из двух на Аляске. К сожалению, когда мы прибыли, китов там не было, но запах остался. В этом сезоне до настоящего времени было поймано 18 китов. Самым большим был синий кит длиной 85 футов. Переработка китов — это довольно методичное и рутинное дело; при необходимости можно разделать шесть китов за один день. Перерабатывается каждая часть кита, за исключением китового уса от «усатых китов». Пляжи рядом с этим местом покрыты большими кусками этого уса — к счастью, он не имеет запаха.

Мы осмотрелись в поисках следов старых поселений, но не смогли найти ни одного. Снова встретившись у причала, мы отправились на катере в бухту Маккорд, где, по слухам, было поселение. Здесь мы нашли ферму, где жили мистер и миссис Паджетт и мистер Расселл. У них около 800 голов овец и 200 голов крупного рогатого скота. Они рассказали нам, что прошлой ночью пять овец родили десять ягнят, что, по-видимому, является своего рода рекордом. Овцы и крупный рогатый скот здесь чувствуют себя хорошо, и потерь от медведей и волков нет, так как их на острове нет. Странно, что медведи не переплыли сюда с острова Кадьяк, ведь этот остров находится недалеко от Кадьяка, и в самом узком месте расстояние не может быть больше пары миль. Все вернулись на «Талли» на обед, кроме доктора и меня — мы ждали мистера Расселла, который должен был прийти только в полдень. От мистера Паджетта мы получили значительную информацию об этом острове, и он подарил доктору очень хороший полулунный нож, который он нашёл несколько лет назад. На ферме у них есть служебная собака, злобная на вид, и они сказали нам быть осторожными, так как она не заслуживает доверия. Выходя из дома после обеда, без всякой причины она подкралась ко мне сзади и укусила за ногу, прокусив кожу и оставив довольно болезненную рану. По словам Паджетта, у этой собаки очень хороший слух, и она слышит лодку, отходящую от Олд-Харбора, за девять миль. Собака начала лаять, как только катер отошёл от «Талли», находясь по крайней мере в трёх милях и вне поля зрения. Место, куда нас привёл мистер Расселл, было очень маленьким и не представляло большого интереса. К сожалению, у нас не было времени посетить другие четыре места, о которых он рассказал.

ВанДеВентор покидает «Талли» здесь, в Порт-Хоброне, где он будет следить за соблюдением новых правил китобойного промысла. Когда мы вернулись на станцию, мы обнаружили, что ВанДеВентор поселился в доме местного врача. Доктор и миссис Дарлинг живут здесь на станции, так как он работает в китобойной компании — она единственная женщина на острове. Они оба и ВанДеВентор планируют заняться археологией, так как у них будет много возможностей. Доктор дал им инструкции перед нашим отъездом.

Некоторые мужчины на станции делают маленькие безделушки из китовых зубов и продают их, когда уезжают. Мы посмотрели некоторые, но цены были ужасно высокими — они даже просили доллар за маленький китовый зуб. За ушные кости просили три-четыре доллара за пару.

На острове есть лисы, и иногда Паджетты ловят одну. Она показала нам одну большую шкуру крестовки, но она мне совсем не понравилась. Они продают много мяса на китобойную станцию, и суда, проходящие мимо, останавливаются и забирают свежее мясо. Посёлок Кадьяк находится недалеко, и Паджетт продаёт туда много мяса, так что у них, по-видимому, дела идут довольно хорошо.

Сейчас мы направляемся в залив Уяк на острове Кадьяк. Сегодня Коннор рассказывал мне, что когда они с доктором гуляли в Нучеке, они увидели меня вдалеке. Доктор сказал: «Зачем, кто это? Ах, это старик Мэй». Однако сегодня он постоянно называл меня мальчиком!

Перед завтраком я немного попрыгал со скакалкой для разминки, а позже узнал, что капитан Рикеттс был не очень доволен, так как я прыгал прямо над его каютой и разбудил его. Вчера вечером перед сном мы играли с медицинболом — Столфи и его инженер, Коннор и я.

Столфи дал мне новое представление о том, что эта поездка может быть прервана. В настоящее время «Талли» находится на «патруле каланов». Если нам случится наткнуться на японское судно, которое будет иметь признаки ловли каланов, то согласно международному праву мы должны сопровождать это судно в ближайший порт страны, которой оно принадлежит. Так что, похоже, есть ещё один шанс из миллиона, что мы можем оказаться в Кобе или Владивостоке. Было бы забавно, если бы такое событие произошло.