Дневники археологических экспедиций на Аляску с Алешем Хрдличкой в 1936, 1937 и 1938
Воскресенье, 23 мая. В море
Когда я вышел на палубу сегодня утром, было довольно пасмурно, но к десяти часам выглянуло солнце, и море было спокойным.
Прошлой ночью мы прошли через открытый участок воды после того, как все легли спать. Мы мирно спали, когда вдруг корабль начал качаться, и прежде чем мы поняли, что происходит, вещи начали падать, а все раскладушки и те, кто спал на полу, начали скользить взад-вперед по комнате при качке. Нам пришлось встать и привязать раскладушки, а тем, кто спал на полу, пришлось заклиниться или продолжать скользить. Даже тогда было слишком неспокойно, чтобы спать, пока мы снова не вошли в защищенные воды.
На борту две собаки отца Хаббарда, Маджик и Вольф; они весят 100 и 110 фунтов соответственно и являются красивыми животными, оба маламуты. Маджик очень дружелюбен и всегда встает, виляет хвостом и суетится, когда видит, что я иду к нему. У него почти белые глаза, что придает ему довольно злобный вид.
Отец Хаббард говорил, что, по его сведениям, Рузвельт заключил какое-то соглашение с Японией о том, что если они будут покупать наши излишки хлопка, то он не будет возражать против японских рыболовных судов у берегов Аляски. Отец становится лучше при ближайшем знакомстве — если бы он только забыл, что он такая важная персона, он был бы прекрасным парнем. Чизхолм и Левин тоже становятся лучше при ближайшем знакомстве. Третий член группы Хаббарда — его племянник. Он совсем молодой, и это его первая поездка на север.
Вчера на обед были жареные устрицы, салат и мороженое, что показалось мне довольно странным сочетанием и стало полной неожиданностью.
Вчера мимо нас прошел французский грузовой корабль, что говорит о том, что мы движемся очень медленно. Максимальная скорость «Нортленда» — одиннадцать узлов.
Сегодня тепло, но солнце не очень яркое, ветра совсем нет.
Не так давно мне сказали, что Береговая охрана старше военно-морского флота, но я только что узнал, что это не так. Однако Береговая охрана существует дольше, чем любая из других служб.
На борту есть один человек, который возвращается на «Таллапусу»; он говорит, что сомнительно, будет ли у нас на том корабле больше места, чем здесь. Надеюсь, он ошибается, потому что здесь негде лечь, если укачает, и нет удобного места, чтобы посидеть.
Вчера я видел, как доктор очень доверительно разговаривал с отцом Хаббардом, поэтому я сфотографировал их вместе. (Когда я показал это ему позже, он сказал: «Вам не следовало этого делать, это плохо».) Через некоторое время доктор сказал мне, что в долгом разговоре с отцом он предупредил его о том, что не следует слишком преувеличивать и так далее. «Он очень хорошо это воспринял, — сказал доктор, — а затем предложил дать нам палатку». Старик был очень доволен этим предложением, так что теперь, полагаю, он будет гораздо выше ценить отца.
Хаббард утверждает, что его никогда не укачивало. Он не знает, как ему повезло! Левин и Чизхолм страдают морской болезнью каждый год, но пока, конечно, всё в порядке.
Вчера я разговаривал с одним из членов команды и узнал, что он посетил пещеру, полную человеческих останков, недалеко от Уналашки. Я нашёл доктора и дал ему поговорить с этим человеком. Вероятно, мы посетим эту пещеру, так как она довольно близко к одному из мест, которые мы собираемся посетить.
На борту есть несколько человек, интересующихся боксом, и они иногда проводят спарринги на палубе. Чизхолм и Левин тренируются каждый день. Левин, который говорит, что выглядит евреем только из-за сломанного носа, удивляет Старика, говоря ему, что он геолог, готовится к докторской степени в Стэнфорде и любит музыку и книги. Доктор не может понять его, но он его интересует. Левин сказал мне, что когда он не в университете или не на севере, он работает на железной дороге и получает 250 долларов в месяц. Также он утверждал, что ему предлагали 450 долларов в месяц этим летом, но он предпочёл поехать с Хаббардом. Племянник Хаббарда сказал мне, что многие люди писали отцу, предлагая платить за привилегию работать с ним — самое большое предложение составляло 5000 долларов.
