Дневники археологических экспедиций на Аляску с Алешем Хрдличкой в 1936, 1937 и 1938

Приближаясь к Уналашкинской бухте, туман стал очень густым, и туманный горн гудел почти всю ночь. Мы достигли Датч-Харбора в семь часов и пришвартовались для заправки мазутом. После этого в десять часов мы отправились в Уналашку.

Остров Уналашка

Здесь доктор договорился с Педлером о приобретении двадцати 50-галлонных бочек из-под сельди для упаковки мумий. Педлер, собственной персоной, поднялся на борт с кинокамерой и фотоаппаратом, желая сфотографировать мумии. Доктор отказал ему, тем самым ещё больше восстановив его против себя. Гордон сказал мне позже, что из-за этого Педлер взял со Старика по 2,50 доллара за бочку вместо 1 доллара, сколько они стоили и за сколько он собирался их продать. Мы упаковывали прямо на борту: мы с Коннором упаковывали вместе, а остальные двое с доктором. Весь город пришёл посмотреть, что мы нашли, и доктор шепнул мне на ухо, чтобы я не показывал хорошие вещи. Содержимое двух пещер заполнило ровно двадцать бочек. Когда упаковка была закончена, остальные ушли на работу, а мы с Коннором остались, чтобы заняться трафаретами, крышками и хранением бочек, закончив около шести часов.

Мы отправились на лекцию сегодня вечером на лодке Гордона с подвесным мотором, так как он хотел попасть в Датч-Харбор. Мы сказали доктору, что должны уйти в девять часов, чтобы встретить Гордона, который отвезёт нас обратно. Старик говорил и говорил и никак не хотел останавливаться, и, более того, не остановился, пока мы не опоздали на двадцать минут. Я с трудом могу поверить, что он сделал это нарочно, чтобы мы опоздали на лодку, но так и выглядело, потому что он закончил лекцию задолго до этого времени, а затем пустился в отвлечённые рассуждения. Конечно, я знал, что Гордон будет ждать нас, но я хотел посмотреть, как долго он будет говорить. Никогда раньше он не читал лекции дольше часа.

Возвращаясь на лодке, мы оставляли за собой искрящийся след — фосфоресценция в воде была красивой, когда её взбалтывал подвесной мотор.

Пока я сегодня днём ждал на причале бочки, я был несколько удивлён, когда меня окликнули капитан и миссис Демпвульф. Они спросили, не хочу ли я прокатиться с ними на правительственном катере, так как день был такой хороший. Тем более удивительно, потому что я был в старой одежде, которая пропахла мумиями. Я довольно долго беседовал с миссис Демпвульф, пока он занимался делами. Не думаю, что ей здесь очень нравится, и она ужасно скучает от одних и тех же людей. Из разговора я точно понял, что она думает о Педлере, хотя ничего определённого не сказала. Я проводил их на прогулку, когда они с комфортом сидели под брезентовым тентом с человеком, управлявшим двигателем, и рулевым.

Доктор Уайт был очень заинтересован нашей поездкой на Кагамил и не смог присутствовать при упаковке, поэтому он хочет посмотреть, что у меня есть, чему я, конечно, буду очень рад. Мне бы очень хотелось иметь его фотографию сегодня утром — он шёл по главной улице, без шляпы, в непромокаемом плаще, толкая тачку с новым мусорным баком! Он говорит, что не может заставить туземцев делать работу по дому, поэтому делает её сам.

Сегодня в больнице родился новый ребёнок — сын Джека Мартина, комиссара, который очень гордится этим, и почему бы нет?

Слухи теперь говорят, что «Вега» будет здесь около 15-го числа этого месяца, так что будем надеяться. Я буду рад вернуться — теперь ничего не может сравниться с нашей находкой мумий.

Сегодня вечером был сильный дождь, хотя после того как утром рассеялся туман, день был хорошим. Две десантные группы по пять человек отправляются на Амчитку на «Дафне» на три недели. Люди с нетерпением ждут этого, так как это будет для них хорошей переменой. Официально это топографическая группа, но на самом деле они ищут японских браконьеров, охотящихся на каланов.