Дневники археологических экспедиций на Аляску с Алешем Хрдличкой в 1936, 1937 и 1938

Я начинаю думать, что восемнадцать часов солнечного света в день — это типичная кадьякская погода, потому что сегодня у нас снова было солнце весь день и ни облачка на небе. Теперь мы все носим сетки на голове («Девичьи вуали» (Virgin’s Veil’s), называет их Осборн), и, как ни странно, они не кажутся неуместными. Я обнаружил, что через них гораздо труднее видеть, чем я думал, особенно на солнце. В зюйдвестке слишком жарко, а для того чтобы сетка не касалась лица и шеи, нужны поля, поэтому я купил шляпу Hawley Tropper и обнаружил, что она отлично подходит для сетки, и был удивлён, узнав, что она ещё и водонепроницаема. Также пришлось купить ещё одну пару обуви, и они кажутся довольно удобными.

Так как понедельник здесь считается воскресеньем, вечером у нас холодный ужин, и сегодня у нас был свежий молодой лук — он, должно быть, с той небольшой грядки у кухни, так как никаких кораблей в последнее время не приходило. Вчера у нас была консервированная варёная сельдерея, которая была довольно вкусной.

Сегодня вечером будет бейсбольный матч между белыми рабочими с консервного завода и филиппинцами.

Сегодня был хороший день — мы с Коннором работали на моём «Архитектурном уродстве»; мы усердно трудились и всё время говорили о работе, и результаты были очень удовлетворительными. Самым большим событием дня стала находка серии отщеплённых ножей из сланцевой матрицы. Всего их было шесть, от семи с четвертью дюймов до пяти и трёх четвертей. Доктор однажды находил серию из пяти, но шесть — это лучший результат. Коннор нашёл прекрасный шлифованный наконечник копья из сланцевой матрицы и женскую нижнюю челюсть. Сланцевая матрица не подвержена слоистому раскалыванию и поэтому очень пригодна для шлифованных или отщеплённых артефактов.

Почти в последние пять минут работы я нашёл лучший светильник этого сезона. Он весил, вероятно, около восемнадцати фунтов и имел размеры 13 на 9 с половиной дюймов. На дне светильника был рисунок, что очень необычно — я был невероятно рад этой находке. Также нашёл ещё один светильник, нож, наконечники и т.д. Работать с кем угодно, кроме Корнера, безусловно, приятно.

По дороге на раскопки после обеда доктор дал мне советы и инструкции относительно Адака, что, конечно, привело меня в восторг, поскольку теперь, похоже, окончательно решено, что я поеду туда.

Вчера меня довольно сильно покусали, в основном вокруг локтя, так что сегодня я весь заколот булавками. Доктор советует бриджи вместо длинных брюк, так как однажды его сильно покусали комары, забравшиеся в штанину, что позже вызвало у него лихорадку.

Только что вышел посмотреть, как подошла лодка с жаберным неводом и выгружает красного лосося. Самка красного лосося красивее самца — у неё более или менее прямой нос, тогда как у самца нос крючком или «еврейский». Лососёвое масло, используемое для линолеума и мыла, продаётся в Сиэтле по 37,50 долларов за сто галлонов. Человек, отвечающий за перерабатывающий завод, сообщил мне эту информацию и также всучил мне пузырёк с лососёвым маслом. Удобрение, которое они здесь производят, продаётся в Сиэтле по 60 долларов за тонну. Он говорит мне, что в два консервных завода, принадлежащих этой компании — этот и в Карлуке — вложено три миллиона долларов.

Я только что принял ВАННУ! Не душ. Всё получилось благодаря тому, что я подружился с парнем, который заведует котельной и многочисленными устройствами там. Там есть очень чистая ванная для начальства, но он разрешил мне пользоваться ею в любое время, кроме пятницы и субботы. Когда я вышел из ванной, он распаковывал большую посылку, и у него была куча писем и журналов — только что пришла почта. Нашёл два письма для меня, но ожидал больше. Приятно знать, что на ранчо всё идёт хорошо.