Дневники археологических экспедиций на Аляску с Алешем Хрдличкой в 1936, 1937 и 1938

Когда мы встали утром, было темно и шёл дождь, но через пару часов прояснилось, и до конца дня светило солнце.

День выдался довольно удачным — я нашёл девятнадцать фрагментов. Один хороший каменный светильник, ножи, наконечники и т.д., и одну особенно хорошую вещь из «глубокого» слоя, назначение которой вызывает сомнения. Это была маленькая вещица, очень красиво вырезанная из слоновой кости, и доктор был ею восхищён. Сам доктор нашёл человеческую лобную кость с просверленным отверстием; возможно, она использовалась как подвеска-амулет.

Я слышал, что «Кюрасао» должен прибыть сюда в понедельник, так что, надеюсь, это значит, что придёт почта из дома.

Сегодня утром доктор упаковал один-два ящика с образцами, в том числе несколько экземпляров, которые я надеялся сфотографировать. В ходе раскопок я обнаружил, что мне пришлось разрушить гнездо дрозда; в нём было четыре яйца. Ничего нельзя было поделать, поэтому доктор забрал гнездо и яйца и отправляет их как образец в Смитсоновский институт, так как гнездо построено иначе, чем в Штатах.

Плавник на пляжах острова сохраняется восемьдесят лет, прежде чем начинается процесс разложения, и, по словам доктора, если бы он был закопан, то сохранялся бы дольше. Мясо здесь может храниться без холодильника долгое время. Это объясняется отсутствием микроорганизмов в воздухе.

Некоторые рабочие с консервного завода собирают определённый гриб с ольхи, вырезают из него затейливые (?) узоры и продают другим. Сегодня вечером я видел такие работы — вещи, которые продают за три доллара, но лично я не дал бы за них и двадцати пяти центов.

На ужин были маринованные свёкла, они пришлись как нельзя кстати. Пироги иногда бывают очень вкусными, но в другое время их невозможно есть.

Сегодня рядом со мной работали Осборн и Корнер, и я заметил, что без особых усилий поспевал за ними — тележка за тележкой. Я подсчитал, что могу перебирать грунт и вывозить его на тележке в отвал, примерно в ста футах, со скоростью один кубический ярд в час.

Завтра День поминовения, а послезавтра воскресенье, оба праздника, но для нас это ничего не значит, так как мы работаем каждый день.

Осборн умеет играть на губной гармошке и сейчас учит Коннора в пустой хижине по соседству. Коннор купил свою гармошку в магазине, а Осборн привёз свою с собой. Славный парень этот Осборн.

Информация от доктора, полученная по дороге на обед сегодня утром — маленьких китов, как чёрных, так и белых, добывают в низовьях Юкона. Эта река настолько широка, что в некоторых местах не видно противоположного берега. Стреляют из ружей, чтобы отпугнуть китов, тем самым заставляя их выныривать на поверхность дольше обычного, затем туземцы окружают их в своих каяках и пытаются гарпунить. Поплавки прикрепляются к концам линей, и туземцы следуют за этими поплавками, пока кит не умрёт.

В ходе раскопок часто попадаются скопления битых панцирей морских ежей. Этих морских ежей до сих пор едят туземцы: подносят ко рту и высасывают внутренности. Китайцы собирают корень дикого сельдерея, который в изобилии растёт на низменностях. Дикий пастернак тоже очень распространён и пахнет на всю округу. Крапива также очень обильна, и к концу сезона достигает высоты шести футов или больше.

По словам доктора, здравый смысл гораздо важнее научной подготовки в такого рода работе.

Сегодня вечером разговаривал с матросом, который объездил весь мир, и он говорит, что Аляска — единственное место, где стоит жить.

Мы нашли много ушных косточек тюленя, и любопытно отметить, что из всех найденных до сих пор нет ни одной с правой стороны головы. Очевидно, в этом должен быть какой-то ритуальный смысл.