Колыбель ветров

Афиноген соглашался с моим предположением, что придет время, когда к Алеутским островам опять устремятся люди и для этого края настанет пора нового расцвета жизни, чего уже так давно ждут его единоплеменники. В десятилетия, последовавшие за появлением среди алеутов первых белых, то одни, то другие пришельцы наезжали на острова, чтобы, разграбив их, снова уехать. И только его народ неизменно верил, что Алеутские острова — это земля обетованная.

Должно быть, прошло немало миллионов лет между тем временем, когда со дна моря поднялись первые остроконечные вулканы, и тем, когда, плавая по морю, алеуты встретили эти острова. И много сотен поколений алеутского народа прожило в безвестности, прежде чем император Петр Великий не обратил своего взора на восток и не заинтересовался тем, что находится за сибирскими реками и Становым хребтом. Конечно, ему ничего не было известно об алеутах, но со временем казаки, следовавшие за промышленниками-звероловами, собиравшими для царя ясак, или дань, повстречали на берегах моря, которое теперь зовется Беринговым, своеобразный воинственный народ.

То были чукчи и коряки, оказывавшие яростное сопротивление продвижению белых охотников. От них казаки узнали о людях, живших еще восточнее — на неизведанных скалистых островах, о людях, носивших костяные украшения и парки — накидки из птичьих шкурок. Это были алеуты.

Когда слухи об алеутах дошли до Петра, его охватило горячее желание узнать об этом народе побольше и в первую очередь, конечно, выяснить, чем он богат и нельзя ли тут поживиться. Петр стремился также разузнать, сообщаются ли между собой Сибирь и Америка.

И вот в 1724 году, когда Бостон был еще деревушкой, а американские колонисты ограничивали свою деятельность пограничными стычками с индейскими племенами, русские снарядили в Санкт-Петербурге первую большую экспедицию, которой предстояло пересечь всю Сибирь, преодолев расстояние свыше шести тысяч миль. Главой экспедиции, которая двинулась в путь в начале 1725 года, был назначен датчанин Витус Беринг ¹ .

Возвратившись спустя несколько лет, Беринг сообщил, что ему удалось провести судно вдоль всего восточного побережья Сибири и вывести в Ледовитый океан, простиравшийся и туда, где лежала конечная цель его путешествия. Но этим дело не ограничилось. Была снаряжена вторая экспедиция на восток, во главе с тем же Берингом.

Претерпевая неимоверные трудности и лишения, Берингу удалось вторично достичь Камчатки, и в 1741 году вместе со своим лейтенантом Чириковым ²  он на двух судах вышел в Ледовитый океан. Штормы разъединили их, и долгие месяцы экипажи обоих судов испытывали муки голода и страдали от цинги. Многих участников экспедиции не стало еще до ее завершения, а сам Беринг умер на острове, ныне носящем его имя.

Но оба, Чириков и Беринг, видели берега Северной Америки, открыли Алеутский архипелаг и повстречались со странными островитянами, которые и в самом деле носили костяные украшения в ушах, и одевались в накидки из разноцветных птичьих шкурок ³ .

Русских купцов интересовали не столько эти сообщения, сколько ценная пушнина, привезенная членами экипажа, а также рассказы о том, какое множество морской выдры и тюленей водится на берегах вновь открытых островов. Все это разжигало алчность промышленников и вызвало массовый приток людей на Алеутские острова, сравнимый лишь с золотой лихорадкой в Клондайке полтора столетия спустя.

В те времена алеуты населяли почти каждый остров архипелага, а также полуостров Аляску. На некоторых островах, например на Умнаке и Уналашке, насчитывалось двадцать и больше деревень. Коренные жители островов великолепно приспособились к суровой местной природе, о чем свидетельствовала их многочисленность. По-видимому, они были невосприимчивы к болезням, и смерть обычно являлась здесь следствием несчастных случаев, войн или старости ⁴ . У алеутов сложились великолепные традиции, свой уклад хозяйства и жизненная философия.

Они верили, например, что свет есть источник жизни и пока дневной свет не угас, ложиться спать нельзя. Поэтому алеуты вставали с рассветом. Они считали, что проточная вода является источником силы, а морская действует еще более благотворно. Купание в море придает бодрость, и они практиковали морские купания перед всеми важными событиями и в трудные минуты жизни. А детей, даже новорожденных, закаляли тем, что купали их в море круглый год.

Обычно сибирские охотники останавливались на острове Беринга, чтобы погрузить на борт запас мяса морских коров. Бесчисленное множество этих медлительных животных подвергалось беспощадному убою, и вскоре ламантины стали переводиться. Согласно историку Зауэру, последний из них был убит в 1768 году, всего через двадцать семь лет после того, как их впервые увидел белый человек. Столь же беспощадно истреблялись и пушные звери.

Но когда безрассудное истребление пушного зверя поставило под угрозу доходы зверопромышленников, они начали создавать компании по мирной торговле с туземцами и постепенно стали на путь менее хищнического промысла.

Для сохранения промыслового зверя целые общины алеутов в принудительном порядке выселялись с островов, где жили их предки, в такие места, которые русские считали более удобными для осуществления административного надзора. Некоторых алеутов переселили на острова Прибылова; других отправляли южнее, до самого форта Росс ⁵  в Калифорнии. Партии мужчин и подростков на сотнях кожаных байдар совершали разведывательные поездки в поисках пушного зверя. За эти услуги русские пушные компании давали охотникам продукты, одежду и вообще учили алеутов жить по-новому.

Русские священники принесли местным жителям новую религию, а также письменность, изобретенную отцом Вениаминовым ⁶  в 1826 году. Алеуты ухватились за дары этих белых людей, казавшихся добрее всех, с кем им приходилось сталкиваться до сих пор. Постепенно новое религиозное учение вошло в быт алеутов, вытесняя песни, мифы и легенды о смелых подвигах вождей и охотников ⁷ .

К сожалению, священники, неправильно истолковав языческие обряды алеутов, налагали на них запреты. Алеуты смиренно восприняли православное учение, в том числе и все его запреты. Они отказались от множества вековых традиций и в своем усердии отбросили не только то, что было противно церкви, но также и много хорошего и ценного, обеспечивавшего им здоровье и благополучие.

В 1867 году Аляску купили Соединенные Штаты. Трудно предположить, чтобы алеутам было понятно это событие. В последующие десятилетия им пришлось стать невольными свидетелями возврата к хищничеству и эксплуатации. Если Россия настойчиво стремилась к охране пушного зверя, то Америка мало заботилась о своих новых владениях и сразу же передоверила их браконьерам и биржевым дельцам. Алеуты вновь оказались между молотом и наковальней, что угрожало самому их существованию.

Когда над котиками, поголовье которых было постепенно восстановлено русскими, снова нависла угроза истребления, наше правительство с опозданием ввело особые правила ⁸ . И только тогда американцы обратили внимание на самих алеутов. На острова нагрянули администраторы и учителя. Но все они почти без исключения не понимали того, что в этой бренной жизни алеутам больше всего необходима твердая вера и определенность. А из их жизни пытались вытравить остатки влияния русских. Им вменяли в обязанность изучать английский язык, глумились над их обычаями, старались перестроить весь экономический уклад жизни. В тех же случаях, когда алеуты не принимали сразу все перемены, их упрекали в неблагодарности.

Отныне что бы ни предпринимали американцы, алеуту это представлялось посягательством на его личность, гонением на родной язык и веру. Его ответом было усиленное обращение к религии русских, и самое преподавание английского языка в алеутских школах он рассматривал как стремление отвратить от православной веры. Он относился ко всем американцам с недоверием и не преодолел этого чувства и по сей день.

В то время как американские патрули редко утруждали себя длительными остановками в алеутских деревнях, русские и японские суда были в них частыми гостями. По-видимому, русские корабли вызывали у старейших алеутов приступы тоски по родине, зато к визитам японцев они относились с опаской.
Алеуты с Атхи и Никольского замечали японские «рыболовные» суда, бороздившие прибрежные воды.

— Они не рыбу ловят, — рассказывал старик алеут, — а забрасывают линь, и как только он коснется дна, отплывают на другое место.

Майк Ходиков, прозорливый старик — староста деревни, раскинувшейся на крайнем западе Атту, просил американские власти заняться расследованием, предупреждая о намерении японцев захватить его остров вместе с жителями.

В июне 1942 года предсказание Майка сбылось. Японцы подвергли бомбардировке Датч-Харбор и Атту. День спустя, воспользовавшись туманом, они пробрались на Атту и убили белого учителя С. Фостера Джонса, попытавшегося передать о высадке японцев по телеграфу. Жена Джонса и все аттуанцы были вывезены в Японию. Что же сталось с Майком? Майк Ходиков, как и все его родственники, за исключением двух человек, умерли в концлагере.

После вторжения японцев на Атту американцы поспешно эвакуировали алеутов, а на Атхе даже сожгли их дома и церковь, чтобы они не достались японцам. Люди были вывезены в эвакопункты юго-восточной Аляски в одном носильном платье. Здесь, среди индейцев, которые еще немногим более столетия тому назад являлись заклятыми врагами алеутов, им приходилось ловить рыбу и работать на консервных заводах. Их дети в молчаливом, благоговейном трепете взирали на огромные леса — ведь за всю жизнь им не приходилось встречать ни единого деревца. Алеуты столкнулись с новыми людьми и увидели много необычного. Кое-кто из них даже побывал в Штатах.
И все же, когда в 1945 году алеутам объявили, что желающие могут возвратиться в безлесные, не защищенные от ветра и пропитанные туманом острова Берингова моря, их радость не имела границ. Для белых чиновников это было непостижимо, так как они не понимали одного: какого бы мнения ни были американские солдаты об Алеутских островах, для алеутов они были родиной.

1. ↩︎ Беринг (Bering) Витус Ионассен (род. 5 августа 1681 в Хорсенсе, Дания; ум. в декабре 1741 г. на острове, позднее названном его именем) — русский мореплаватель, первооткрыватель Берингова пролива, исследователь Северо-Западной Америки, северной части Тихого океана и северо-восточного побережья Азии, капитан-командор (1730 г.). Служба на голландском и российском флотах. По происхождению датчанин. Взяв фамилию матери (по отцу — Свендсен), в юности Беринг дважды ходил в Индию на голландских кораблях. В 1703 г. в Амстердаме закончил морской кадетский корпус и был принят на российский Балтийский флот лейтенантом. В 1710 г. капитан-лейтенантом был переведен на Азовский флот и участвовал в Прутском походе Петра I (1711 г.). В 1712–1723 гг., повышаясь в чинах и командуя различными судами, плавал на Балтике. В феврале 1724 г. уволен по собственной просьбе, однако уже в августе по приказу Петра вновь на флоте в чине капитана I ранга. В 1725 г. В. Беринг возглавил Первую Камчатскую экспедицию, главной задачей которой было выяснить, соединяется ли Азия с Америкой или между ними находится пролив. Он вышел 8 июня 1728 г. из Нижнекамчатска на боте «Св. Гавриил». Между 14 июля и 16 августа 1728 г. нанес на карту тихоокеанское побережье Северо-Восточной Азии, в том числе полуострова Камчатки, открыл Камчатский и Карагинский заливы с островом Карагинский, залив Креста, бухту Провидения и остров Святого Лаврентия. В Чукотском море, пройдя Берингов пролив (но не поняв этого), достиг 67°24' северной широты и, не обнаружив из-за тумана американского берега, повернул назад. Летом 1729 г. Беринг от Камчатки двинулся к востоку на 200 км, но из-за сильных ветров и туманов вернулся. Проследив часть берега, обнаружил Авачинский залив и Авачинскую бухту; впервые заснял свыше 3,5 тыс. км западного побережья моря, позже названного Беринговым. Через два месяца после возвращения в Петербург (апрель 1730 г.) Беринг предложил план исследования северного побережья Азии, а также поиска морского пути в Японию и Америку. 4 июня 1741 г. В. Беринг — начальник Второй Камчаткой экспедиции, и его заместитель Алексей Чириков, командуя двумя пакетботами «Св. Петр» и «Св. Павел», вышли в море из Авачинской губы, где был основан город Петропавловск. Суда направились на юго-восток в поисках «Земли Жуана да-Гамы», помещавшейся на некоторых картах XVIII в. между 46° и 50° северной широты. Потеряв больше недели и убедившись в отсутствии даже клочка суши в северной части Тихого океана, где они оказались первопроходцами, оба корабля взяли курс на северо-восток. 20 июня на море пал густой туман, и суда потеряли друг друга. Три дня Беринг на «Св. Петре» искал Чирикова, пройдя на юг около 400 км, потом двинулся на северо-восток и впервые пересек центральную акваторию залива Аляска. 17 июля за 58° северной широты моряки увидели высокий хребет (Святого Ильи) — это была Америка. Но радости от открытия Беринг не испытал, так как чувствовал себя плохо — началась цинга. 20 июля экспедиция подошла к острову Каяк, где высадились ученый Стеллер и штурман Хитрово. Недостаток продовольствия заставил на следующий день отправиться в обратный путь. Беринг шел вдоль берега на запад и при редких прояснениях наблюдал высокие горы (Чугач). Он открыл остров Туманный (Чирикова), пять островов (Евдокеевские), снеговые горы (Алеутский хребет) на «матером берегу» (полуостров Аляска), у юго-западной оконечности которого обнаружил острова Шумагина, где впервые встретился с алеутами. Продолжая идти на запад, Беринг видел иногда на севере сушу (острова Алеутской цепи). 4 ноября волна прибила судно к неизвестному острову (впоследствии названному именем Беринга), где капитан-командор и многие члены экипажа умерли. Оставшиеся в живых 46 моряков провели тяжелую зиму, но построили из остатков пакетбота небольшое суденышко и 26 августа 1742 г., почти не пользуясь парусом, на веслах достигли Петропавловска, где их считали давно погибшими. По найденному в 1991 г. в могиле черепу восстановлен истинный облик Беринга, что было важно, так как многократно публиковавшееся изображение капитан-командора в действительности является портретом его родного дяди. Именем Беринга названы: море, пролив, остров (где сооружен памятник командору), ледник, залив (Якутат), два мыса, исчезнувшая суша (Берингия), соединявшая Азию с Северной Америкой, озеро, полуостров, река.
2. ↩︎ Чириков Алексей Ильич (13 (24) декабря 1703 г., Тульская губерния — 24 мая (4 июня) 1748 г., Москва) — российский мореплаватель, исследователь Северо-Западной Америки, северной части Тихого океана и северо-восточного побережья Азии, навигатор, капитан-командор (1746 г.). Родился в небогатой дворянской семье. В 1715 г. поступил в Московскую навигационную школу и в следующем же году был переведен в Петербургскую Морскую академию, которую успешно закончил в 1721 г.; произведен в унтер-лейтенанты и назначен на Балтийский флот. В 1722 г. по приказу Адмиралтейств-коллегии определен преподавателем навигации той же академии, а в 1725–1730 гг. в чине лейтенанта принимал участие в Первой Камчатской экспедиции Витуса Беринга. На всем пути от Петербурга до Охотска Чириков определил 28 астрономических пунктов, что позволило впервые выявить истинную широтную протяженность Сибири, а следовательно, и северной части Евразии. На судне «Св. Гавриил» вместе с мичманом Петром Чаплиным Чириков вел судовой журнал, представляющий собой ценный документ по истории первой в России морской научной экспедиции. Совместно с Берингом и Чаплиным Чириков составил итоговую карту плавания, значительно превосходившую все существующие до тех пор карты по точности и достоверности изображения тихоокеанского побережья Северо-Восточной Азии. В 1733–1741 гг. Чириков командовал пакетботом «Св. Павел» во Второй Камчатской экспедиции Беринга в должности его заместителя. По причине тумана у 49° северной широты 20 июня 1741 г., потеряв из виду пакетбот Беринга «Св. Петр», направился на восток-северо-восток и в ночь с 15 на 16 июля под 55°21' северной широты первым увидел тихоокеанский берег Северо-Западной Америки — горы, местами покрытые снегом и лесом (остров Принца Уэльского или остров Бейкер). В поисках удобной гавани мореходы повернули на северо-запад и прошли немногим более 400 км вдоль архипелага Александра, принятого ими за материк. У 58-ой параллели пропали без вести посланные на берег (к островам Чичанова или Якоби) за водой две шлюпки. На 25 июля открыв неизвестные горы (хребет Святого Ильи), «Cв. Павел» повернул на запад; 1–3 августа обнаружил часть полуострова Кенай и острова Афогнак и Кадьяк, то есть Чириков одновременно с Берингом плавал в водах залива Аляска; 5–22 сентября открыл несколько островов из Алеутской цепи, где встречался с алеутами. На судне не хватало продовольствия и пресной воды, многие болели цингой, из 75 человек были живы чуть больше 50; «весьма от цинги изнемог» и сам Чириков, не выходивший из каюты с 21 сентября. Штурман Иван Елагин 10 октября благополучно привел пакетбот «Св. Павел» в Петропавловск. Рапорт Чирикова в Адмиралтейств-коллегию от 7 декабря 1741 г. о результатах экспедиции стал первым в истории описания северо-западного побережья Америки. Летом 1742 г. на «Св. Павле» Чириков совершил плавание на восток от Камчатки, но дошел лишь до острова Атту и из-за непогоды повернул назад. На обратном пути видел остров Беринга, открыл остров Медный (позже весь архипелаг получил название Командорских островов, в честь Беринга). По возвращении Чириков просил отозвать его из Сибири; в марте 1746 г. прибыл в Петербург, участвовал в составлении итоговой карты русских открытий в северной части Тихого океана и около года возглавлял Морскую академию. В сентябре 1746 г. произведен в капитан-командоры с переводом в Москву, где и скончался от туберкулеза и последствий цинги. Он был женат и имел двоих сыновей и трех дочерей. Его именем названы остров, подводная гряда, море, мели и четыре мыса. В Петропавловске-Камчатском ему установлен памятник.
3. ↩︎ Автор излагает здесь своеобразный «алеутский вариант» весьма распространенной в американской историографии версии о том, что, снаряжая экспедицию Беринга — Чирикова, правительство Петра I преследовало лишь узкие географические и торговые цели. В действительности, как показал советский историк А.В. Ефимов, посылка этой экспедиции, явившейся завершением длительного этапа русского освоения Сибири и важной вехой в ее дальнейшем продвижении на восток, была частью несравненно более широких планов обеспечения безопасности восточных границ государства и утверждения в северной части Тихого океана. Вместе с тем экспедиция Беринга — Чирикова — это одна из блестящих страниц в истории русских географических открытий. На первом этапе экспедиции (1725–1730 гг.) было повторено открытие Семена Дежнева и доказана раздельность азиатского и американского континентов; на втором этапе (1733–1742 гг.) произведено открытие Америки со стороны Сибири, открыт ряд островов Тихого океана и найден северный путь в Японию. (Прим. А.И. Першица.)
4. ↩︎ Наверное, автор имеет в виду простудные заболевания, а также всякие сердечно-сосудистые (венерические и туберкулез еще занесены не были). Иначе не понять, что значит умирали преимущественно «от старости» (не считая несчастных случаев и насильственных смертей). В старости тоже умирают не от чего-то, а от болезней.
5. ↩︎ Росс — русское поселение в Калифорнии, основанное в 1812 г. Российско-Американской компанией для снабжения продовольствием населения «Русской Америки». (Прим. А.И. Першица.)
6. ↩︎ И.Е. Вениаминов (1797–1879) — русский этнограф и естествоиспытатель, проработавший 10 лет миссионером среди алеутов и оставивший ценную монографию об Алеутских островах и культуре их населения («Записки об островах Уналашкинского отдела»). И.Е. Вениаминов пользовался доверием алеутов и, стремясь помочь им, много сделал для насаждения в крае русской культуры, в частности огородничества и ремесел. Для обучения алеутов грамоте им был создан на основе русской графики алеутский алфавит; им же составлена первая научная грамматика алеутского языка. (Прим. А.И. Першица.)
7. ↩︎ В основном правильно излагая историю колонизации Алеутских островов, автор не говорит о главном. Действительно, поведение первых появившихся здесь зверопромышленников — мелких и жестоких хищников — подчас близко напоминало деятельность американских колонизаторов в землях индейских племен. Однако в целом русская колонизация Алеутских островов и Аляски по своим целям и методам выгодно отличалась от английской колонизации Североамериканского континента. В то время как последняя, ставя своей целью овладение землями индейцев, сопровождалась планомерным и систематическим истреблением коренного населения, первая имела своей главной задачей получение пушнины и поэтому уже в скором времени привела к установлению мирных отношений с алеутами и другими племенами «Русской Америки». Российско-Американская компания, получив в 1799 г. монополию на ведение промыслов и управление колонией, эксплуатировала алеутов как «действительно зависимое» (фактически крепостное) население, но никому не позволяла убивать и грабить их «беззаконно». Испытывая на себе гнет русских купцов и помещиков, алеуты в то же время много получили в результате тесного общения с русским народом, принесшим на острова не только миссионерскую пропаганду и письменность. Простые русские поселенцы, прежде всего беглые крепостные крестьяне и ссыльные «бунтовщики», налаживали с местным населением добрососедские отношения и, становясь пионерами русской культуры в крае, знакомили алеутов с новыми, более современными видами хозяйственной деятельности — земледелием, скотоводством, кузнечеством и т.п. (Прим. А.И. Першица.)
8. ↩︎ Имеется в виду так называемый «Органический акт» 1884 г., в соответствии с которым на Аляску были посланы губернатор и гражданские чиновники.