Дневники археологических экспедиций на Аляску с Алешем Хрдличкой в 1936, 1937 и 1938

Уналашка.

Сегодня утром мы снова отправились на Амакнак на работу. В Датч-Харборе мы забрали доски и тачки, которые оставили там в прошлом году. Результаты дня были хорошими, но никто не нашёл ничего исключительного. Сирлз и миссис Сирлз, мисс Саммерс, племянница командора, и ещё несколько человек пришли на раскопки посмотреть на нас некоторое время. Мисс Саммерс, вероятно, около 25 лет, не красивая, но интересная — безусловно, самая привлекательная девушка, которую я когда-либо видел в Уналашке — спортивного типа. И командор Сирлз, и его жена были очень приятны, но можно легко представить, что она здесь главная.

Мистер Педлер пригласил доктора, Коннора и меня на ужин сегодня вечером. После ужина доктор читал лекцию в течение полутора часов. Так как я слышал большую её часть раньше, комната была очень жаркой, а стул очень жёстким, я был рад, когда всё закончилось.

Ужин был очень официальным, и элита Уналашки была там! Справа от меня сидел отец Феодосий, который плохо понимает по-английски, а слева — командор Сирлз. Нам было о чём поговорить, и мы довольно хорошо поладили. Также присутствовали мистер и миссис Педлер, миссис Сирлз, доктор Грдличка, капитан Рикеттс («Талли»), капитан Райан («Ингам»), мисс Саммерс, доктор Бингман, судья Финч, Коннор и два федеральных инспектора пароходов. Центральным украшением стола были одуванчики, и, как ни странно, они выглядели довольно привлекательно. Здесь они вырастают очень большими и имеют яркий цвет. Мисс Саммерс сообщила мне, что она измерила некоторые одуванчики в центре стола, и некоторые стебли были длиной двадцать шесть дюймов, а некоторые цветы — десять дюймов в диаметре. На десерт подавали мороженое и канталупы, которые подавали девушки-метиски, работающие у миссис Педлер. Перед ужином подавали коктейли, и я был очень удивлён, увидев, что доктор взял один.

После лекции миссис Педлер подавала кофе и торт, а позже, когда некоторые ушли, мистер Педлер предложил виски. Нас с Коннором, к нашему удивлению, попросили остаться, и мы остались.

Моё лицо горело весь вечер, не от выпивки, а от солнечного ожога, полученного сегодня утром. День был прекрасный.