Алеуты Командорских островов

рубахи и платья, как правило, на руках, швейные машинки были редкостью.

Значительной самобытностью отличалась лишь пища алеутов. Печень сивуча и нерпы ели в сыром виде. Мясо сивуча и нерпы, котиковый и нерпичий жир некоторые семьи квасили в ямах. Рыбьи головы квасили в пузырях, бочках, а нередко попросту оставляли в траве на 3-4 дня. Деликатесом считался слабопосоленный судак (с душком). Мясо котиков обычно вялили на солнце, часть мяса засаливали в бочках. Солонину из котикового мяса сначала вымачивали, а затем варили. Котиковый жир служил приправой к разным блюдам. Им заливали остуженные отварные рыбьи головы, холодное котиковое мясо. Лакомством считались отварные или тушеные котиковые языки. Каждая семья заготавливала себе мясо котиков из расчета две туши на зиму на одного человека.

Алеуты широко использовали в пищу мясо морских ежей, морские огурцы. Из моллюсков варили супы. В качестве приправы была очень распространена вареная сарана. Были известны и русские блюда. Алеуты пекли хлеб, пироги с вареньем, с рыбой, а на пасху — куличи. Варенье обычно варили из ягоды шикши. Из свинины и говядины готовили жаркое, котлеты, из свиных ножек— холодец (холодец варили также и из ластов котика). Крепкий чай считали необходимым дополнением к каждому приему пищи. Если чая не хватало, употребляли настой из трав («копье Егория», «лобазник»). Из сараны с сахаром изготовляли брагу — «зюйду».

Во второй половине XIX в. для детей коренного населения были открыты церковноприходские школы с преподаванием на русском языке. Под влиянием русских зимой в селах Никольском и Преображенском часто устраивались на паях вечерки. Танцевали восьмерку, кадриль. На рождество по домам ходили ряженые. От русских была заимствована игра в городки, шашки, карты.

В то же время у алеутов бытовал свой фольклор. В XIX в. в качестве музыкального инструмента еще использовался бубен (чаях), обтянутый сивучьей кожей.

Таким образом, на протяжении XIX — начала XX в. шел постепенный процесс вытеснения самобытных элементов алеутской материальной и духовной культуры русской. К началу XX в. бытовой уклад алеутов уподобился укладу русских старожилов и ительменов — обитателей южной части Камчатки. Несмотря на это, алеуты продолжали стойко сохранять свой родной язык.

Прогрессивные изменения, произошедшие в хозяйстве алеутов к середине XIX в., видимо, сказались на их численности. В 1860— 1880 гг. наблюдался не только механический, но и естественный прирост алеутов (около 2% в год), в 1868 г. на Командорах насчитывалось 387 алеутов, в